Титов призывает увеличить доходность бизнеса на российской территории

А что же все-таки сказал Титов

Не туда заехали

Борис Юрьевич, скоро вы представите президенту России ежегодный доклад о проблемах в сфере защиты прав предпринимателей. С какими тревожными цифрами вы пойдете к главе государства на этот раз?

Борис Титов: За последнее десятилетие доля малого и среднего бизнеса в ВВП страны так существенно и не поднялась с уровня в 20-21 процент. А за 2017 год сектор малого и среднего предпринимательства (МСП) сократился, а его структура значительно ухудшилась.

Но по данным Федеральной налоговой службы (ФНС), общее количество “малышей” увеличилось на 92,7 тысячи.

Борис Титов: Это так. На 10 апреля 2018-го субъектов малого и среднего бизнеса в стране насчитывается 6 миллионов 117 тысяч, однако этот рост обеспечен только индивидуальными предпринимателями в категории “микропредприятия”, число которых выросло на 111,9 тысячи. По всем остальным видам произошло сокращение.

Количество средних компаний сократилось на 346 единиц, на 10 апреля их насчитывалось чуть более 20 тысяч, число малых компаний уменьшилось до 264,5 тысячи (ушли с рынка 2 355 компаний). Между тем именно эти категории МСП в основном и создают добавленную стоимость в экономике.

Зато самые маленькие предприятия России создали полмиллиона новых рабочих мест.

Борис Титов: Создали. Однако, по данным ФНС, общая картина такова: сильно упала численность занятых на малых предприятиях – на 331,3 тысячи рабочих мест. На средних предприятиях она незначительно выросла – всего на 5,1 тысячи. То есть существенно численность работающих выросла только на микропредприятиях – на 550 тысяч.

То есть структура малого бизнеса развивается не в ту сторону?

Борис Титов: В итоге получается, что по-прежнему 95 процентов МСП – это микробизнес. Практически нет роста количества малых и средних производственных компаний. И структура МСП по видам экономической деятельности практически не изменилась – 42,7 процента МСП действуют в сфере торговли, при этом 45 процентов сосредоточено в 10 регионах страны.

Перемена климата

Какие проблемы сами предприниматели ставят на первый план? Что, по их мнению, сильнее всего мешает развиваться?

Борис Титов: Что касается изменений в деловом климате, то они, увы, не столь принципиальны, чтобы можно было этому радоваться.

Процитирую вам результаты свежего опроса ВЦИОМ, который является частью доклада. Социологи опрашивали предпринимателей, какие факторы сильнее всего мешают развитию их бизнеса. Первые три позиции – “неопределенность экономической ситуации”, “высокий уровень налогообложения”, “снижающийся спрос на внутреннем рынке”. А это все вопросы не точечных изменений, а смены экономической стратегии.

Что надо изменить в первую очередь? И что вы предложите для поддержки МСП в своем докладе?

Борис Титов: Действующая система поддержки МСП через федеральные и региональные институты развития и инновационную инфраструктуру в субъектах РФ рассчитана самое большее на несколько десятков тысяч предприятий. А масштабная государственная политика, направленная на развитие миллионов субъектов МСП, которая включала бы в себя вопросы налогов, кредитов, тарифов, контроля и надзора, так и не создана.

Банковский кредит стал еще менее доступным для МСП. Причины этого – повышение требований к залогам и иному банковскому обеспечению, а также противоречивое регулирование отдельных способов обеспечения исполнения обязательств.

Мы со своей стороны предлагаем провести “тонкую” настройку залогового законодательства – усовершенствовать законодательство о залоге: залога вкладов, прав по банковскому счету, в части оптимизации деятельности залоговых реестров.

Также надо внести изменения в Положение Банка России о порядке формирования кредитными организациями резервов на возможные потери по ссудам, по ссудной и приравненной к ней задолженности. В частности, расширить перечень залогов, относящихся к признанным категориям качества, обеспечить соответствие требований по формированию банками резервов при кредитовании МСП уровню фактических рисков.

Белый свет – с копеечкой

Каков сейчас объем теневой занятости в малом и среднем бизнесе?

Борис Титов: Есть разные оценки, но мы точно знаем, что эта доля большая: от 35 до 50 процентов. Сегодня увеличивается количество людей, которые получают зарплату частично или полностью в конверте. Более четверти людей заявили об этом в соцопросах. Поэтому, конечно, теневая экономика – это очень большая часть нашей жизни.

Действовать против теневой экономики (я имею сейчас в виду не вывод денег в офшоры, а так называемую “гаражную экономику”, в первую очередь самозанятых) исключительно “карательными” методами – неправильно. Она является определенным буфером, без которого, например, падение цен на нефть могло бы значительно серьезнее ударить по материальному благосостоянию граждан. В этом секторе сосредоточена немалая часть производства товаров и услуг, которые необходимы населению. Кому станет лучше от того, что эти люди не смогут сами зарабатывать себе на жизнь, не смогут трудоустроиться в “официальной” экономике, а значит, государству придется поддерживать их пособиями?

Для работающих в теневом секторе людей надо создавать такие условия, чтобы им было выгодно работать в белую, а не в подполье.

Действующий закон предусматривает освобождение до 1 января 2020 года от обложения подоходным налогом сиделок, горничных, уборщиц и репетиторов. За все время его действия на налоговый учет добровольно встали чуть больше тысячи человек. Почему документ не сработал?

Борис Титов: Потому что этот закон очень узок и не дает реальных стимулов для выхода из тени. Работал человек репетитором, ему предложили на два года не платить подоходный налог, это всего 13 процентов. При этом никто не говорит, что будет дальше.

Фрилансер вышел из тени, два года не платил налоги, а на третий год вынужден платить. И нет гарантий, что с него не спросят за период, пока он еще не был зарегистрирован.

Мы предлагаем создать специальную организационно-правовую форму “Индивидуальный предприниматель без права найма”, которая будет предусматривать упрощенный режим регистрации и снятия с учета, стоимость патента не более 10 тысяч рублей в год, отсутствие отчетности, режим проверок и уровень административной ответственности – как для физических лиц.

Закон о самозанятых должен действовать не только для горничных, как сейчас. Он должен охватывать различные отрасли: ремонт, такси, производство самых простых товаров и так далее. Мы в свое время предлагали 46 видов деятельности.

Схема уплаты налогов такими предпринимателями должна быть предельно простой – за пять минут покупаешь патент и больше ничего не платишь. Срок действия патента выбираешь сам – хоть месяц, хоть три года.

И очень важно снять ответственность за прошлое. Если люди решили жить по-честному, полностью платить налоги, с них должна быть снята ответственность за прошлое, за те операции, которые они раньше совершали в нарушение закона.

Если принять такой закон, думаю, зарегистрированных предпринимателей будет не тысяча, а миллион человек.

Минфин предложил ввести для самозанятых налог в 3 процента, если их услуги оказываются физлицам, и 6 процентов – если они оказываются юрлицам. Как вы оцениваете это предложение? Поможет ли такой подход вывести самозанятых граждан из тени?

Борис Титов: А чем ставка в 6 процентов отличается от действующего режима упрощенной системы налогообложения (УСН) 6 процентов? И что помешало находящимся ныне в тени самозанятым стать индивидуальными предпринимателями УСН 6 процентов?

Вопросы риторические. Что касается 3 процентов, то это, конечно, “приятная” ставка, спору нет. Но не будем забывать, что минфин намерен контролировать доходы самозанятых, в том числе и посредством онлайн-касс. И для тех, кто до сих пор сторонился любых контактов с государством, это сразу перекрывает все достоинства низкой ставки. Я убежден, что сработать может только патентный подход.

Вернуть МЧС контроль за стройкой

Число плановых проверок ежегодно сокращается, но стали ли реже проверять предпринимателей?

Борис Титов: Минэкономразвития последние несколько лет отчитывается об уменьшении числа плановых и внеплановых проверок, однако предприниматели не подтверждают, что нагрузка снижается.

По данным министерства, в 2017 году проведено около 1,7 миллиона проверок, что почти на 200 тысяч меньше, чем в 2016 году. А согласно опросу субъектов МСП, который мы проводили в апреле этого года, число проверок доходит до 10 миллионов. Все дело в том, какие виды контрольных мероприятий считать. Официальная статистика не учитывает дела об административных правонарушениях, которые возбуждаются органами власти непосредственно, без проверок, а также о рейдах, контрольных закупках и так далее.

Между тем Роспотребнадзор возбуждает без проверки каждое четвертое дело об административных правонарушениях, Росприроднадзор, Ространснадзор, Россельхознадзор – до 50 процентов дел, а ФАС России и Росалкогольрегулирование – до 90 процентов.

В ходе опроса 43 процентов участников нашего опроса отметили увеличение административной нагрузки на бизнес за 2017 год, только 9 процентов считают, что она уменьшилась.

В очередном докладе президенту я предлагаю включить в Единый реестр проверок все органы контроля и надзора, а не только те, которые упоминаются в Федеральном законе от 26 декабря 2008 года №294-ФЗ. Вести в этом реестре учет не только проверок, но и дел об административных правонарушениях, рейдов, контрольных закупок и предупреждений. Запретить накладывать штрафы и другие наказания по итогам административных расследований: первой стадией должно быть предупреждение.

На риск-ориентированный подход в контрольно-надзорной деятельности перешли 12 ведомств. Насколько эта практика оказалась эффективна, и нужно ли ее распространять на другие ведомства?

Борис Титов: Дело это очень правильное. В этом случае с проверкой контролеры приходят не ко всем подряд, а только к тем, чья деятельность вызывает наибольшие подозрения или связана с наибольшей потенциальной опасностью, например, для здоровья граждан. Как результат, ни государство, ни бизнес не отвлекаются попусту от дела.

Но это очень сложная и длительная вещь для внедрения. А сегодня необходимо очень быстро принимать меры по сокращению количества проверок. Мы предлагали ограничить суммарное количество плановых проверок одного предприятия – не более двух за год.

И периодичность проверок со стороны одного и того же контрольного органа – не чаще одного раза в три года.

Кроме этого есть вопрос требований. Сейчас в ходе реформы введены чек-листы, используемые при проверках. Это исчерпывающий список. Больше, чем в нем обозначено, проверять нельзя.

Но, к примеру, в чек-листе Роспотребнадзора для проверки ресторана – более 190 пунктов. Множество ссылок на различные документы – стандарты, СНиП и прочее. Для сравнения: в США похожий документ содержит 78 требований, в Республике Казахстан – 38.

Чек-листы по промышленной безопасности содержат 20 тысяч обязательных требований. В них включают все без учета потенциальной опасности проверяемых объектов, их размера, масштаба экономической деятельности, отраслевой специфики и т.д.

Это приведет к тому, что на практике ничего не изменится. Проверять будут не наиболее существенные требования, а все установленные. Более того, поскольку требования из чек-листов должны будут проверяться в обязательном порядке, по факту произойдет ужесточение контроля. В моем докладе предлагается внести в закон изменения, которые навели бы порядок с составлением чек-листов.

После кемеровской трагедии противопожарные требования к бизнесу ужесточились?

Борис Титов: По всей стране прошла массированная проверка торговых центров, организованная прокуратурой и МЧС. Многие ТЦ закрыты до устранения нарушений. Мы разработали в помощь региональным уполномоченным методические указания – какие действия должен предпринимать бизнесмен, чтобы работа его объекта восстановилась в кратчайшие сроки.

Но главное, что нужно, – это ясность требований. К примеру, до сих пор не разрешено противоречие между требованиями минстроя и Госпожнадзора МЧС при строительстве объектов. Эту проблему нужно решить как можно скорее. Когда требования одного ведомства противоречат требованиям другого, легче их не выполнять, чем пытаться выполнить, а потом все равно получить какой-то штраф.

Мы вообще выступаем за то, чтобы вернуть МЧС полномочия по контролю за строительством и реконструкцией зданий. В особенности – объектов с массовым пребыванием людей.

Что касается надзорных каникул. Они доказали свою эффективность?

Борис Титов: Надзорные каникулы касались только плановых проверок. И давались только тем малым предприятиям, которые не нарушали до этого закон, не имели задолженности по налогам и т.д. Список этих предприятий формировался в планах проверок заранее в прокуратуре. И это позволило действительно исключить надежные предприятия из плана проверок. Я считаю это положительным результатом, но то, что произошло в “Зимней вишне”, поставило эти результаты под сомнение.

Надо ли, на Ваш взгляд, расширять надзорные каникулы на более крупный бизнес или другие виды контроля?

Борис Титов: Надзорные каникулы касаются только малого бизнеса, более того, только законопослушного малого бизнеса.

Для среднего и крупного бизнеса контрольно-надзорная деятельность должна быть в любом случае. Нужно сокращение количества проверок, но не освобождение от них. Здесь мы не должны перестараться, потому что если не будет контроля, то мы нарвемся на проблемы с санитарной, пожарной безопасностью и т.д. Нужен разумный подход.

Титов призывает власти поверить в собственную страну

Столыпинцы записали в свои союзники Кудрина и все правительство

Академик Виктор Ивантер подтверждает правильность расчетов Стратегии роста. Фото РИА Новости

Авторы среднесрочной Стратегии роста во главе с бизнес-омбудсменом Борисом Титовым первыми представили для обсуждения свои рецепты оживления экономики. Другие конкурирующие документы – план действий правительства РФ и вариант стратегии от Кудрина – пока не готовы. Вчера Титов предложил правительству и Кудрину позаимствовать положения Стратегии роста для своих будущих разработок.

Подготовка Стратегии роста заняла около полутора лет и велась по прямому поручению президента Владимира Путина, подчеркивает бизнес-омбудмен Борис Титов. «В понедельник мы отправили презентацию правительству и президенту», – сообщил он. А во вторник авторы новой стратегии рассказали о ее принципиальных отличиях от правительственных программ и наработок Центра стратегических разработок Алексея Кудрина.

«Конец неолиберализма наступил в 2008 году. А его окончательный крах мы наблюдали в 2016 году», – объясняет ректор Финансового университета при правительстве РФ Михаил Эскиндаров. Поэтому новая стратегия роста в отличие от идей Кудрина или чиновников ЦБ и Минфина опирается на более современные принципы финансовой и промышленной политики.

Приверженцы политики финансовой и бюджетной стабилизации в России так и не смогли добиться своих целей за последние 25 лет. Поэтому от традиционных принципов затягивания поясов ради ускользающей стабилизации следует переходить к альтернативной стратегии развития, заявил председатель научного совета Института экономики роста им. Столыпина Яков Миркин. В РФ так и не обеспечены финансовая, валютная и бюджетная стабильность. При этом сохраняются риски новой девальвации и ускорения инфляции. И повторять ошибки политики последних десятилетий сегодня не имеет смысла.

В правительственных документах закладывается инерционный сценарий, который гарантирует стране длительную стагнацию в третьем эшелоне мировой экономики, объясняет Титов. Альтернатива стагнации – это попытка реализовать Стратегию роста. Риски для этого курса существуют, но они несопоставимы с последствиями сохранения нынешней политики, говорит бизнес-омбудсмен. По его расчетам, правительственный бюджет на 2017–2020 годы сокращает расходы на экономические стимулы. И только эта мера снижает потенциальный ВВП страны примерно на 2,8%.

Академик Виктор Ивантер из Института народнохозяйственного прогнозирования видит другое отличие. «Аналитики при написании стратегий рискуют своей репутацией, чиновники рискуют чужими деньгами, а Стратегия роста написана предпринимателями, которые готовы рискнуть собственными деньгами», – сказал Ивантер. Его институт подтверждает точность всех расчетов, на которых построена новая стратегия.

Сценарий Стратегии роста – это удвоение ВВП к 2035 году. Программа предполагает три основных этапа: восстановление роста экономики до 2020 года (с ростом ВВП 3–3,5% в год), выход на высокие темпы роста в 2020–2025 годы (рост ВВП – 5–6%) и устойчивый рост до 2035 года с темпом в 3–3,5% ежегодно.

Восстановление экономики, по словам Титова, должно начаться с экономики «простых вещей» – через малый и средний бизнес, модернизацию действующих производств, «новую индустриализацию» и жилищное строительство.

«Для активизации инвестиционного процесса необходимы государственные инвестиции в объеме до 1,7 трлн руб. в год», – говорится в стратегии. По словам Титова, эти меры не повлекут за собой роста инфляции, так как составляют незначительную часть от общего объема расходов страны. Программа также предполагает снижение административного давления на бизнес – снижение количества плановых и неплановых проверок предприятий как минимум в два раза. Запланирована и судебная реформа, в рамках которой судебный корпус будет пополнен 1 тыс. адвокатов. А к 2025 году половина судей должны будут иметь опыт работы в адвокатуре или в прокуратуре.

Стратегия роста не предполагает повышения пенсионного возраста, по крайней мере до тех пор, пока средняя продолжительность жизни в РФ не достигнет 75 лет. Авторы стратегии считают ошибочными утверждения Кудрина и его коллег о грядущем дефиците рабочей силы (см. «НГ» от 10.02.17). На самом деле неэффективная занятость во всех сферах деятельности скрывает резерв не менее 10 млн человек.

Еще один важный элемент стратегии – это замораживание монопольных тарифов и последующее исключение из них так называемой инвестиционной составляющей. По словам коллег Титова, тарифы для конечных потребителей электроэнергии могут быть снижены в среднем на 27,8% только за счет сетевой составляющей.

Стратегия роста не предполагает резких изменений и не требует от населения пережидать период тяжелых реформ. Напротив, позитивные результаты для граждан появятся уже в краткосрочной перспективе. Бизнес-омбудсмен заявил, что не претендует на какие-либо государственные посты и с удовольствием вернулся бы в бизнес, если правительство и Алексей Кудрин воспримут Стратегию роста.

По словам Титова, в нынешней России можно добиться таких же быстрых позитивных результатов, как это было во времена премьерства Петра Столыпина. «Но наши власти не верят в нашу страну. Они не верят в возможность создания некоррупционных механизмов управления», – сокрушается бизнес-омбудсмен.

Стратегия роста. Эксперты и предприниматели ищут путь в будущее

В рамках Санкт-Петербургского экономического форума-2017 продолжилась дискуссия о стратегии экономического развития России. В настоящее время обсуждается несколько программ экономического развития России. Одна из них — среднесрочная программа развития «Стратегия Роста» подразумевает выход страны на темпы роста выше среднемировых уже в 2020 году и удвоение ВВП к 2035 году. Каков потенциал активизации новых источников и набора системных решений и проектов для устойчивого роста экономики в условиях трансформации мировых экономических процессов? Возможно ли уже сегодня приступить к реализации этой программы и какие решения необходимо для этого принять?

В №1 (56) за 2017 год мы писали о том, что предлагают Алексей Кудрин и его Центр стратегических инициатив – этому был посвящен доклад Кудрина на Гайдаровском форуме. В этот раз мы решили подробнее изучить стратегию, над которой работает группа во главе с уполномоченным по правам предпринимателей в РФ Борисом Титовым. Накануне форума Титов презентовал эту стратегию президенту РФ Владимиру Путину.

— Странно представить отряд, который не знает, куда идет. «Нас не сбить с пути, потому что мы не знаем, куда идти», — так начал свой доклад Борис Титов.

По его словам, каждый раз, как только снижается темп экономического роста, ставится задача написать экономическую стратегию. Но чуть только ситуация хоть капельку стабилизируется, интерес к созданию стратегии пропадает, и даже уже написанные стратегии никто не откурывает. Тем не менее, 2014 год стал серьезным катализатором: вопрос, как стране жить без высоких цен на нефть, вышел на первый план. Все стали строить сценарии, негативные и позитивные. С тех пор ничего не изменилось – экономическое самочувствие России напрямую зависит от цен на нефть. И стратегическое мышление тоже ходит за ценой на нефть: чуть она повысится, и все, стратегия не нужна. (Именно такая ситуация была в дни ПМЭФ-2017, буквально в начале лета казалось, что рост курса валют прекратился, цена на нефть стабилизировалась на отметке выше 50 долларов за баррель – прим. ред.)

Однако, если говорить о следующем президентском сроке, инерционный сценарий, предполагающий отсутствие резких телодвижений, будет уже не применим. Наступает время, когда окончательно решится все. Если не выбрать хорошую стратегию дальнейшего развития, то президентский срок будет очень сложным, и страна может потерять даже сегодняшние скромные позиции.

Нефтяные страны, такие, как Саудовская Аравия или Норвегия, посвятили выработке стратегий, ставящих целью уход от нефтяной зависимости, предыдущее десятилетие высоких цен на энергоносители. Мы начинаем действовать только сегодня, когда клюнул жареный петух. Что надо делать, какие секторы экономики надо развить, чтобы обеспечить населению приемлемый уровень жизни?

БИЗНЕС И ЭКСПЕРТЫ ДОПОЛНЯЮТ ДРУГ ДРУГА

Главное отличие стратегии, представленной Борисом Титовым – ее писали и эксперты, и бизнесмены. Взгляд практика-предпринимателя часто кардинально отличается от взгляда эксперта. Бизнес видит ситуацию иначе, чем эксперты и население, он оценивает экономику, исходя из эффективности, доходности. Есть целая технология по принятию решений об инвестициях, которая применима и в ситуации с российской экономикой.

Эксперты же видят общую ситуацию, и могут спрогнозировать, как наши предложения повлияют на социальную сферу и так далее. При составлении стратегии проводились соцопросы: народ, вместе с экспертами, выводит на передний план политизированные вещи – слабость институтов, процедур, коррупцию, административное давление. А для предпринимателей на первом месте среди проблем оказалась неопределенность экономической ситуации. Затем шло падение доходности, и экономические факторы, которые на нее влияют.

Бизнес принимает решения с учетом доходности, возвратности инвестированных вложений. В России риски ведения бизнеса всегда были высокими, в 90-е годы – даже выше, чем сегодня, с этими рисками отечественные предприниматели привыкли работать. Но сегодня серьезно упала доходность. Борис Титов отметил, что раньше ВЭБ давал деньги максимум на 5-7 лет, сегодня же банкиры не видят проектов, которые окупятся раньше, чем через 10 лет.

Первый звонок был в 2011 году. Россия достигла апогея, и началось резкое снижение рентабельности. Вот откуда все эти системные и структурные пробелы в экономике. В 2014 году на снижении курса рубля российские предприятия повысили свою рентабельность, но даже при падении рубля чуть ли не в два раза, рентабельность не достигла уровня 2012 года. И уже сейчас все преимущества, которые давал низкий рубль, израсходованы.

ГЛАВНЫЙ КРИТЕРИЙ — РАБОЧИЕ МЕСТА

Количество рабочих мест в России по данным Федеральной налоговой службы за пять лет сократилось на 10%. Министр экономического развития Максим Орешкин говорит: мы же держим инфляцию на уровне 4% — вот вам определенность, развивайтесь! Но бизнес, по словам Титова, понимает определенность совсем иначе, чем правительство.

— Я в США говорил с предпринимателями, которые очень хорошо сформулировали суть проблемы: «Если снимут санкции, все равно ничего не начнется. Россия должна дать ответ на три вопроса. За счет каких несырьевых источников вы собираетесь жить? Есть ли у вас план, как задействовать эти источники? Есть ли команда, которая будет отвечать за результат и проводить реформы?», — заострил вопрос Борис Титов.

Инерционный сценарий пока привел к таким результатам. С 1990 года экономика России выросла всего на 13%. Это крайне мало по мировым меркам (достаточно сравнить с примером Китая).

Самый главный показатель в стратегии, которую предлагает Борис Титов – создание высокпроизводительных рабочих мест. То есть, рабочих мест, сочетающих в себе высокооплачиваемую работу, новые технологии, заинтересованность бизнеса в развитии. Это универсальный показатель, его по добавленной стоимости считает ФНС.

С 2011 года в стране появилось 4 млн. высокопроизводительных рабочих мест. (Другое дело, что при этом мы потеряли 6 млн. обычных рабочих мест — понятно, что многие рабочие места, с которых сократили сотрудников, потом стали высокопроизводительными). Критерий работает: появляются драйверы развития российской экономики, база для экономики будущего.

Сегодня в России стоит задача легализовать теневой рынок труда.

— Надо сделать многое, и не только налоговыми мерами, чтобы люди поверили нам, и вышли в легальное поле, — говорит Борис Титов. Самозанятые граждане и те, кто занят в «гаражной экономике», могли бы дать серьезный прирост ВВП.

Отдельно – об «экономике будущего». Она будоражит умы, и при подготовке стратегии по этому вопросу работала отдельная группа. Много разных новинок вот-вот войдут в нашу жизнь. Это и квантовый процессор, и атмосферное электричество, и такие нано-био-когно- и прочие технологии, которые переведут нашу цивилизацию на другой уровень. Мы живем на пороге технологической революции, которая кардинально изменит нашу жизнь.

РЫНОК БУДЕТ РАБОТАТЬ ПОД ГОТОВОГО ПОТРЕБИТЕЛЯ

Во время презентации стратегии президенту Владимиру Путину глава государства заинтересовался таким пунктом: «переход к прогностической модели развития экономики». По оценке экспертов, рыночная система будет перестаиваться, потому что уже сегодня через анализ big-date можно прогнозировать процессы в экономике намного более точно, чем раньше (например, во времена Госплана СССР – прим.ред.). Рынок будет работать уже под готового потребителя, а не выкладывать продукты на прилавок наобум. Не том-менеджмент будет решать, как развиваться компании, действуя на свой страх и риск – это станет результатом точного расчета. То есть, бизнес легче будет достигать своих главных целей – повышать доходность и снижать риски.

Весь мир идет по схеме выхода из кризиса на мягкой денежно-кредитной политике. Россия двигается по жесткой схеме. Уже стало общим местом говорить о том, что для развития промышленности необходимо обеспечение долгосрочного кредита по конкурентным ставками. Но в два главных экономических кризиса последнего десятилетия, в 2008 году и сейчас, Россия – единственная страна, которая не снижала, а поднимала процентную ставку. К какому результату это приводило, рассказывать не нужно – все знают.

— Должна быть ставка, которая бы стимулировала рост, — еще раз подчеркнул Борис Титов. – Курс рубля до 2020 года , но не за счет жесткой фиксации, как предлагает, например, Сергей Глазьев. Единственный путь – выход на этот рынок государства. Нас обвиняют, что за счет эмиссии мы хотим залить экономику деньгами. Но речь идет не об эмиссии: эмиссия и так продолжается постоянно. Речь идет о вложениях государства в развитие экономики, причем на возвратной основе. На 1 рубль государственных инвестиций приходят 4-5 рублей частного капитала. Нужно всего 5,9 триллиона рублей – эта сумма могла бы стать триггером разгона частных инвестиций. Мы даем целую схему, как это сделать, чтобы деньги не украли, и чтобы они не способствовали разгону инфляции.

ПОЛЕМИКА С КУДРИНЫМ

Алексей Кудрин утверждает, что наша экономика дошла до потенциального предела выпуска – нет свободных мощностей, нет кадров и т.д. Группа Бориса Титова не согласна с этим утверждением. По их мнению, демографическая проблема переоценена. Да, действительно, ни одна страна не росла в период демографического спада. Но есть множество примеров стран, которые росли за счет притока человеческих ресурсов извне. У нас есть огромный резерв – русскоязычное население бывших республик Советского Союза. А еще есть серьезный вопрос реорганизации внутренней структуры занятости, очень большое количество народа в России занято в абсолютно неипроизводительной сфере – силовых структурах, чиновничестве всех уровней и т.д. Реальная проблема – столкнуться с лишней рабочей силой в результате внедрения новых технологий, вот из-за чего надо переживать. Однако эксперты считают, что тут будет работать экономика малых циклов, такие вещи, строительство, потом подключится промышленность, и так далее.

Инвестиционно окрашенные деньги не вызывают инфляции – это основное разногласие группы Титова с группой Кудрина. Сейчас в России присутствует не монетарная инфляция, а «инфляция издержек». Наша инфляция зависит от цены на нефть. За счет внутренних резервов, только за счет правильного управления бюджетными деньгами, можно сэкономить 1 триллион рублей.

Первое, что надо сделать – это создать «администрацию роста». В Великобритании этот механизм использовало правительство Тони Блэра. Буквально недавно такой способ реформ хорошо зарекомендовал себя в Малайзии. Суть в том, чтобы отделить текущее управление, оставив его правительству, и выделить направления развития в отдельную структуру.

Еще одно радикальное предложение группы Титова, которое может затронуть много интересов – установить директивные планы для компаний с государственным контролем.

— Мы против планировании, — пояснил Борис Титов, — но сегодня эти компании работают как частные компании, не координируя свою деятельность с интересами государства.

Компании с государственным участием должны регулироваться государством. Это тоже может дать большой ресурс для развития страны. Однако, как отнесется к этому Игорь Иванович Сечин, неизвестно. Вряд ли он обрадуется.

К ЧЕМУ СТРЕМИТЬСЯ?

Сроки и результаты реализация стратегии обозначены так. До 2020 года надо обеспечить темпы роста 3-5% в год, дальше выйти на 6% в год. На первом этапе обеспечивается внутренний спрос, на втором – осуществляется выход на экспорт, на третьем – осваиваются новые внешние рынки.

В конце своего доклада Борис Титов вспомнил опыт предшественника, наиболее успешного, и в то же время, неудачливого российского реформатора, премьер-министра Петра Столыпина. Французский экономист и публицист Эдмон Терри, изучавший опыт экономического преобразования в России в 1913 году (через два года после убийства Столыпина), писал, что благодаря этим реформам к 1950-му году Россия займет лидирующее место в мировой экономике. К сожалению, трагическая история 20-го века помешала этим прогнозам осуществиться.

— К сожалению, мы, россияне, не верим сами себе, своему бизнесу, своему населению. И в то же время, когда у нас хоть чуть-чуть налаживаются дела, мы начинаем ощущать себя слишком могучими, и пытаемся «осчастливить» весь мир. Финал столыпинских реформ должен заставить нас задуматься, — такими словами завершился доклад о стратегии экономического развития России до 2035 года. Будем надеяться, что в 21-м веке попытки долгосрочного планирования будут удачнее, чем в 20-м.

Как России войти в пятерку лучших экономик мира: Борис Титов назвал свой рецепт

Уполномоченный по правам предпринимателей РФ Борис Титов представил свою «Дорожную карту» развития экономики, которая, по его словам, поможет России к 2024 году войти в число 5 крупнейших экономик мира (такую цель перед чиновниками поставил президент, сейчас Россия находится на 6-м месте, впереди Германия , догоняет Индонезия ).

– Мы практически не увеличиваем доходы российских граждан. При этом в 2018 году цены на нефть выросли на 60%. Выросли резервы, при этом рост ВВП составил меньше 4%, реальные располагаемые доходы населения снизились на 1,8%, а курс рубля упал на 12,8%. По данным ФНС количество рабочих мест уменьшилось почти на 10%, – привел на пресс-конференции цифры Титов.

По словам бизнес-омбудсмена, сегодняшняя консервативная политика экономического блока правительства приводит к отставанию от всего мира.

– Даже при высоких ценах на сырье, нас не спасут никакие резервы, мы будет отставать, – заявил Титов. – При нынешней ситуации мы не выйдем на 5-е место, а наоборот опустимся на 7-е – нас обгонит Индонезия.

По словам уполномоченного, для того, чтобы обогнать Германию, необходим 5-6% рост ВВП (меж тем, в правительстве считают, что достаточно будет роста в 3% ВВП).

– А до 2035 года мы можем спуститься до 10-11 места в мировом рейтинге, а по ВВП на душу населения до 69-70 места, – подчеркнул он.

Согласно «Дорожной карте» Титова нужно в первую очередь развивать 9 приоритетных секторов российской экономики:

1. Производство товаров для потребительского рынка.

2. Жилищное строительство, строительные материалы, ЖКХ и развитие инфраструктуры.

3. Сектор глубокой переработки нефти, газа , леса, черных и цветных металлов, другого сырья.

4. Кибербезопасность, радиоэлектроника, приборостроение, энергетическое машиностроение, станкостроение.

5. Автотранспорт на сжиженном газе и электричестве, скоростная железнодорожная сеть, региональные авиаперевозки, беспилотный транспорт.

6. Предприятия туристической отрасли, рестораны, санаторно-гостиничные комплексы, виноделие.

7. Чистые и доступные продукты питания, технологии. Зелёная среда, эффективное сельское хозяйство.

8. Индустрия здоровья. Внедрение новейших медицинских, фармацевтических технологий.

9. Цифровая экономика. Блокчейн, производство и торговля ИТ -оборудованием, сервисы и услуги, разработка ПО и цифровых товаров,

телекоммуникации и другое.

– Это не потребует огромных госсредств, – добавил Борис Титов. – Это даже не те средства, которые мы тратим на нацпроекты. Намного меньше.

Замдиректора Института народнохозяйственного прогнозирования РАН Александр Широв уточнил, что 2025 года предложенные проекты потребуют государственного финансирования порядка 8 триллионов рублей (до 2035 года – 30 триллионов). Еще в четыре раза больше нужно привлечь из других источников.

Обсуждение документа планируется на Втором Столыпинском форуме, который пройдет 22-23 мая в Москве .

Источники:
http://www.ng.ru/economics/2017-03-02/4_6939_titov.html
http://biz-terr.ru/1154/
http://www.kp.ru/daily/26977.4/4035543/
http://bel.ru/article/general/17-01-2018/s-rasprostyortymi-kadastrami

Ссылка на основную публикацию